Таверна у семи дорог

Таверный потёр почему то зудящий левый глаз. Нет похоже чесался он вовсе не из-за того что веки прихватила грубыми стежками толстая зелёная нитка. Чесался из-за слоя пыли покрывшей лицо и всё вокруг. Он осмотрелся и со смаком чихнул. Он чувствовал что прошла бездна времени, но восставать из бездны Яндекса ему было уже не впервой. Он чихнул ещё раз и начал, менять оплывшие свечи, посматривая на дверь.

От стены отлепился степняк Урук, ошарашенно огляделся, однако, привычное зрелище шевелящегося таверного, смело лишние вопросы.

В подсобке завозилось, заскрежетало и растрёпанная горелопенька Жанна, выволокла здоровенный мешок с каким - то хламом. В открытые окна светило солнце, виднелся редкий лес. Виднелся из-за того что на месте высокого забора чернела широкая полоса угля. Напоминая о событиях, которые частично оставили след.

Краткое изложение последних серий. Рыцарь Сигурд Железная рука, бывший драконоборец Сигурд, набрал команду с целью завоевать себе Чёрный замок, в недрах которого, по некоторым субьективным данным таится Зло. По дороге, они сталкиваются с авангардом чернозамковцев. Столкновение в целом оказалось ничейным с небольшим перевесом команды Сигурда.
В процессе, теряют одного приключенца Хелевара, известного по квесту Голова дракона, как "юноша из свёрнутых земель, с чёрным кинжалом" Он попадает в плен, ход которого можно наблюдать в квесте "Хелевар попал", в том квесте он превращается в Навья и выпускается в одно из свёрнутых королевств находящееся под контролем владельца чёрного замка. В том королевстве он некоторое время разнообразно бушует, пока не превращается в существо которое перестало интересовать управляющего им квестера.
Тем временем, основная группа доходит до города Беловодье. Священники Дим и Дрол и Марк Темпе, известный ещё по таверне у Семи дорог на сайте Орловского, а также по квесту Голова дракона, как хороший удаленец проклятий.
Сигурд, Баскервиль - охотник на приведений и Кейла ворожея обучающаяся у призрака, что живёт у неё в колье направляются в город, с целью разузнать подробности о Хз Чз (хозяине чёрного замка) В городе, в результате некоторых приключений и не слишком удачного взаимодействия с властями, команда теряет Леди Кейлу, что в глубокой коме оставляется в местном монастыре. По дороге становится ясно что Хз Чз едва ли по зубам данной команде.

Возле Таверны тоже не спокойно. Кто то режет людишек, что то и дело вваливаются в помещение заливая всё кровью. Опять же, кто то издалека лупит по заведению дальнобойными заклятиями фаерболами, что если бы не деревянный крест с крутым Иисусом, всё было бы сгорело, как забор. Вокруг шатаются мародёры. И несколько приключенцев пошли выяснять в чём дело отправившись в квест "грудь в крестах или голова в кустах". Впрочем на данный момент так из леса и не вышли.

Квесты прервались из-за каких-то технических проблем на сайте. Такого больше не повториться.

Длинный как жердь парень с едва наметившимся пушком над верхней губой робко толкнул дверь таверны. Ожидая, что в нос бросятся запахи жаренного мяса, гречневой каши и кислого вина, а лицо обдаст жарким натопленным воздухом, он несколько опешил. Взгляд синих глаз обвёл пустующий зал, зацепился за одинокую фигуру у стены, судя по одежде и чертам лица - сын степей, и уставился на Таверного, меняющего свечи.

Вилнорд робко вдвинулся в таверну, метла притороченная за спиной аки меч или боевой посох, зацепила помелом дверной косяк. Вилнорду довелось бывать в этой таверне несколько месяцев назад. В то время заведение представляло из себя более жизнерадостное зрелище. Парень кашлянул в кулак и обратился к Таверному:
- Хозяин, твоё заведение работает, или тараканы всех посетителей сожрали?

- Заведение...? - таверный выкатил глаз так что красноватые прожилки вздулись на глазном яблоке, причудливо обрамляя радужную оболочку радикально серого цвета. Так тщательно рассмотреть парню получилось из-за потрясённой паузы, повисшей аж на пять секунд в помещении.
Горелопенька, вырвавшаяся из дальней двери, как воряга с мешком на плече, аж замерла, впрочем ненадолго - заплатка на мешковине хрустнула и на пол сыпанули поросшие плесенью объедки. Мешок пал на пол, а служанка откуда то выдернув иголку начала быстро зашивать дырку.

- Заведение...? - дык, мил вьюнош, это таверна. Тут люди пьют и едят. А в заведении люди за ведами сидят, ведунов слушают да записи ведут. Запись день, перепись день... Я что на ведуна похож? Гм... ведь даже бороду, того... удаляю.

Степняк отлепился от стенки сказал голосом скрипучим как несмазанная тёща:
- Он тут бывал мал-мала. Тогда ещё разбойник Харниш заходил - дверь в обратную сторону вместе с косяком открыл. Собирались за каким то мечом акын-батыр большим таким ходить... Знает он что едят тут. Не пугай клиента словенской лингвистикой.

Вилнорд всмотрелся в степняка внимательным взглядом, на лбу пролегла моршинка, такая непривычная для юношеского лица, глаза прищурились. Отвернулся, подвигал бровями, снова всмотрелся. Наконец тряхнул головой, будто отгоняя какие-то мысли и зашагал к столу, тому самому за которым уже доводилось сижывать, опустился на деревянную лавку.
- Да, за мечом так и не сходили, - проговорил он чуть обиженным голосом, искоса глядя на степняка, - зато довелось послужить у одного сеньёра, тут, рядом.
На стол полетела золотая монета, упала на ребро и пару раз крутанувшись звонко шлёпнулась о неструганные доски.
- Еды и вина! - потребовал парень с довольным видом, - и этому, моему знакомцу с раскосыми глазами, хотя никак не могу его вспомнить...

Глаз у таверного, что было почти втянулся на исходную, вновь сделал попытку выпрыгнуть. И мог бы, если б таверный не метнулся к монете быстрее. Инерция глазного яблока скомпенсировала силу выталкивания и орган зрения остался на месте. Монета подверглась покусанию белого клыка хозяина. Потом легла на железный поднос, но не пропала в дымной вспышке, как колдовское. Таверный сразу вид приобрёл добрый и улыбчивый. В голосе кроме нот доремифа появилась нота мёд.
- Счас будет сделано, а пока происходит готовка кусков вкуснятины рекомендую употребить для пищеварения вот это.
На столе появилась вычурная бутылка зелена стекла, в которой только бы джину жить. Однако бирка гласила, (для тех кто мог читать артанские надписи) "Смесь бодряща веща малосмердяща. Аллертек модафинильский (конь центрированный)

Хм, а откуда в мире РДР подозрительные артанские бутылки, причём стеклянные?

Вилнорд покосился на бутылку, рука сделала неумелое движение перекреститься.
- Хозяин, а ты часом с колдовством не якшаешься? Что это за подозрительные бутылки у тебя тут? Или отравить меня вздумал?
Ладонь парня потянулась за плечо, где хищно торчит помело видавшей виды метлы. Пальцы прикоснулись к древку у основания помела и приготовились одним махом выхватить грозное оружие.
- Постой, - насторожился Вилнорд, - уж не тот ли сеньёр, про которого я упомянул, и дёрнул же меня чёрт за язык, заплатил тебе за свершение подлости? Не я виновен, в том, что развалились две из четырёх крепостных стен его замка! Да и замок... тоже не я...

Это прорыв инферно из троецарствия

- И в чём ты эта... бутылки подозреваешь? Прекрасный напиток бодрости, в котором никакого колдованства, только степное блюдодейство. Выдержка особо многолетняя, добавляюща бодрости махом. Та одной кружки достаточно чтобы пыль дорог слетела с усов... гм... ну, бровей, что поднимаются дыбом. Дорогой, правда, ну так на то и золото чтоб тратить, та верно?

Горелопенька Жанна тем временем поставила мелко нарезаную копчёную рыбу и затараторила, посматривая на метлу:
- Не улетайте уж так сразу, мил сударь. Мы тут слыхом не слыхивали ни о каких развалившихся замках. Вы уж сдержите пока такую мощь, за обедом то.

Вилнорд перевёл взгляд с бутылки на принесённую закуску а оттуда в глубокий вырез наклонившейся служанки, где тяжёлые груди готовы выпрыгнуть толи в тарелку с закуской, толи в ладони юноши, если догадается их подставить. Щёки парня вспыхнули, лоб моментально покрылся испариной, он забормотал едва ворочая заплетающимся языком:

- Да слышал тут на днях... да-да, на днях, о чём это я...слышал вот на днях о прорыве инферно, то ли из иного мира, то ли из свёрнутого королевства, а может и из самой преисподни, вот и заподозрил, ага, бутылку вашу... А замки, да что замки, они постоянно разваливаются, строить то щас не умеют, всё норовят на твороге да на яйцах сэкономить, жульё кругом, а я и вовсе не знаю ни о каком развалившемся замке, я просто мимо пролетал... в смысле не на метле, я ж не ведьма, а фигура речи такая, в смысле не я фигура речи, а - мимо пролетать - фигура речи, это я у капелана того сеньёра умностей нахватался, а так то я неграмотный ни разу, ага...

Парень продолжал говорить, не отводя взгляд от молочно-белых полушарий, а служанка так и замерла, наклонившись с подносом над столом, слушая и пытаясь связать его речи в нечто осмысленное.

Вид служанки, пытающейся осмыслить был настолько занимателен что степняк тоже начал присматриваться. А ушлый юноша шептал всё тише, заставляя Жанну наклоняться всё ниже, да ещё задерживать дыхание чтоб расслышать... Получалось дышать реже, но мощнее, отчего колыхания внушали больше...
Волшебное зрелище разрушил таверный, походя шлёпнувший горелопеньку по вздёрнутому почти до неприличия заду. Она коротко и мощно взвизгнула Вилнорду в ухо, как выстрелила. И помчалась на кухню, вспомнив тысячу неотложных дел. Степняк, хоть и сидел на другом конце стола, отшатнулся и схватился за уши.

Вилнорд покраснел ещё гуще, робко взглянул в глаза таверному и стыдливо опустил взгляд в тарелку. Пальцы принялись торопливо пихать в рот ломти рыбы.

Урук взял бутыль, как ценную статуэтку - посмотрел как на произведение искусства венеру милосскую и повернул крышку словно сворачивая голову той самой Венере. На стол посыпался зелёный сургуч, а в нос шибанул аромат настоянного модафинила с острыми степными травками. Степняк крякнул, тонкие висячие усы вздыбились как намазанные усным кремом иглы. Налил в два небольших кубка на треть.

Вилнорд поднял голову от тарелки и с любопытством наблюдал за степняком.

Степняк подмигнул, открыл рот так что сверкнули зубы мудрости и вылил жидкость в разверзшийся зев. Глаза засияли, морщины разгладились.
- Ух, хорошо! Подвигов захотелось. Не совершить, так хоть посмотреть... Хотя там ещё много.
Урук подтолкнул кубок посетителю.

- О, Горелые Пеньки! Известное место. Вон, служанка моя, Жанна, как раз оттуда будет. Её так и прозвали тут горелопенька. Может знакомы? А хлеб и вода есть, конечно. Продам дёшево. Диетическое питание, всё таки, уважаю. Стройность организма блюсти, здесь вам не тут.

Жанна мухой метнулась по помещению, перед парнем появился ковш воды и чёрствый чёрный хлеб. Она мило улыбнулась и одним движением срезала плесень. В глазах лёгкая грусть неузнавания. Видимо четыре года назад этот паренёк ещё без порток бегал, когда её отправляли собственно, на корм дракону.

откуда взялась Жанна
Тут дверь распахнулась и вошел молодой парень. Пока он шел к стойке таверны, мужчины становились все мрачнее - это был великан. Громадный рост, косая сажень в плечах, синие холодные глаза, светлые волосы, слегка расплющенный нос, сжатые губы. Он был одет в кожаную кольчугу, длинные штаны, красные сапоги с изогнутыми носами. На его поясе висел длинный меч.
За ним шла девушка. Она все время оглядывалась по сторонам.

- Семь лет, срок серьёзный. За это время можно пешком всю землю обойти. А то и вовсе всю планету.
Таверный подпёр щёку и задумчиво уставился в пространство Потом вдруг словно спохватился. А кровь то что идёт милсдарь? Может быть того? Повязки поменять, или так оно и должно быть? Обет какой-нибудь членовредительский может быть?

- Я благодарю вас за вашу заботу, но пока все в порядке.


Таверный положил пачку тряпиц перед монахом.
- Был здесь один говорливый лекарь в белой кольчуге, так поговаривал, что стигматы это аутоимунное, либо, в лучшем случае грибковая инфекция. Может быть стоит поискать какую-нибудь мазь?
Не стоит думать обо мне слишком хорошо, я забочусь об аппетите постояльцев, нежели о божественном промысле.