Древо

Тема в разделе 'Александр Сигида', создана пользователем Vilmind, 4 авг 2011.

  1. Vilmind Реальный пластит

    Древо

    Василий Петрович крепче сжал челюсти. По виску стекает крупная капля пота, брови взмокли, редкие волосёнки цвета золы прилипли ко лбу. Густая крона даёт тень, но летний воздух наполнен зноем. Наручники натёрли запястья, там теперь воспалённые полосы, неимоверно жжёт, но шершавая кора старого дуба, что подпирает спину, придаёт сил. Будто от корней, по стволу и через кору в человека входит сила матушки земли. Луч солнца нашёл прореху в густой кроне, упал на лицо. Василий Петрович зажмурился, попытался отодвинуться, слабо зазвенела цепь, охватывающая ствол и соединяющая руки.
    Василий Петрович мрачно посмотрел на группу людей респектабельного вида, что шушукаются в сторонке, рядом с выстроившимися в ряд чёрными иномарками. От группы отделились два человека: один низкий и полный, от залысины на макушке отражаются солнечные блики; второй высокий и худощавый, с гладко прилизанными волосами и оттопыренными ушами, под мышкой у него чёрная папка. Оба неторопливо подошли. В каждом движении чувствуется власть и сила. Тот что пониже, подвигал бровями, скривил губы набок, размеренно и властно произнёс:
    - Василий Петрович, ну, в самом деле, сколько можно упрямится! Вы же прекрасно понимаете, что мы всё равно снесём к чертям этот ясень! Тут по проекту третий корпус многоэтажного жилого дома!
    - Дуб, - буркнул Василий Петрович, его губы высохли и потрескались, он не пил со вчерашнего дня.
    - Что? – не понял человек с лысиной.
    - Говорю, это дуб, а не ясень.
    - Да какая разница, - отмахнулся мужчина, помню в деревне откуда я родом, такие прекрасные ясени росли, такие ясени… Но о чём это я? Василий Петрович, давайте уже заканчивать этот балаган!
    Но Василий Петрович только отвернул лицо и плотнее прижался спиной к стволу.
    Двое, низкий и высокий переглянулись. Заговорил высокий:
    - Василий Петрович, у нас есть постановление Префектуры района. Снос согласован на всех уровнях, это место не является ценным с точки зрения прородоохраны и экологии.
    Он расстегнул защёлку папки, аккуратно вытащил несколько листков.
    - Вот, посмотрите, тут заключение эколога и комиссии по природопользованию…
    Василий Петрович покосился на бумаги и снова отвернулся, гордо промолчал. Слово-то какое – природопользование, подумалось ему, - только и умеют, что пользовать природу, а восстанавливать кто будет? Он оглядел пустырь, в центре которого и возвышался дуб. Раньше здесь был городской парк, но все деревья кроме этого уже выкорчевали, даже пеньков не осталось, лишь ямы с крупными комьями засохшей земли. Да кучи песка навезли вокруг, в преддверии строительства.
    - Значит, будете продолжать упрямиться? – снова заговорил приземистый полный господин. – Ладно! Ладно! Вы сами этого захотели!
    Его лицо раскраснелось, на лбу выступили капли пота. Он зло смахнул их, сделал жест длинному и они направились обратно к группе людей.
    У Василия Петровича сердце ёкнуло, неужели будут бульдозером, на него, живого. Почему-то был уверен, что до этого не дойдёт.
    Видно было, как толстый что-то объясняет остальным, активно жестикулирует. Ему что-то втолковываю в ответ. Периодически то один, то другой из компании косятся на прикованного к дубу Василия Петровича, озадаченно чешут затылки.
    - Да посидит пару дней, - донеслась особенно громкая реплика, - да и одумается, голод возьмёт своё. А силой нельзя! Неконституционно!
    - Да у нас сроки горят! – рявкнул толстый господин и зло посмотрел на Василия Петровича.
    Они продолжили говорить уже тише, и защитник дуба ничего не мог расслышать.
    Через какое-то время к ним подошёл молодой человек, такого же респектабельного вида, хоть и не столь официального: без пиджака, рубашка расстегнута на две пуговицы от ворота. В руках тонкий прямоугольник планшета. Он слушал лысого мужчину, кивал, пару раз что-то ответил. Ещё через какое-то время подъехала грузовая машина с открытым кузовом. В кузове покачиваются бочки, гулко стукают металлическими краями. Машина развернулась и остановилась. Бригада рабочих принялась шустро разгружать бочки, ставить в рядок. Затем по двое, аккуратно, брали бочки и разносили по участку строительства. Неторопливо, с предосторожностями принялись откупоривать вентиля и выливать содержимое прямо на землю и на кучи песка. Белесая жидкость растекалась тонкой маслянистой плёнкой.
    Василий Петрович наблюдал за этим действием с удивлением и тревогой. Он увидел, как вперёд вышел тот молодой человек с планшетом, взял его в левую руку, положив на локоть, и принялся водить по дисплею пальцем другой руки. Василий Петрович от удивления распахнул глаза, со страхом наблюдал как по лужам белесой жидкости пробежали искорки. Лужи расширились, соединились, образовав на всём участке тонкую плёнку. Василий Петрович вжался в дерево, когда плёнка подтекла вплотную к его туфлям. Какое-то время ничего не происходило, но затем Василий Петрович увидел как кучи песка начинают медленно таять и одновременно с этим, весь участок сплошным квадратом приподнялся над землёй. Не высоко, быть может на несколько миллиметров, но глаз чётко различил прямой край, очерчивающий квадратом участок строительства. Рабочие поспешили отойти подальше, с любопытством наблюдали за происходящим. Толпа респектабельных господ замолкла, тоже смотрят с любопытством, у некоторых на лицах тревога.
    Толстый лысеватый господин шагнул вперёд, прокричал:
    - Василий Петрович, не передумали?
    Защитник природы гордо промолчал, отвернул лицо в сторону. Но на душе было тревожно.
    - Продолжай! – крикнул толстый парню с планшетом.
    Тот оценивающе взглянул на Василия Петровича, по лицу видно – что-то прикидывает, думает. Палец несколько раз ткнул в дисплей планшета, сделал несколько витиеватых движений.
    Василий Петрович вдруг увидел как очерченная квадратом площадка меняет цвет и приобретает фактуру бетона. И тут толпа респектабельных людей, рядом с чёрными автомобилями, группа рабочих, парень с планшетом, начали удаляться. Площадка принялась расти.
    Кучи песка уже почти растворились, но из соседнего двора вырулили несколько грузовиков, поочерёдно сдали к основанию растущего здания и высыпали свежий строительный материал. Только они уехали, как появились очередные машины с песком. Материал доставляли беспрерывно, и здание продолжало расти, словно гриб после дождя.
    У Василия Петровича сжалось сердце и похолодело в животе, когда он увидел крыши соседних домов, а здание продолжало расти.
    К полудню здание уже значительно возвышалось над соседними, был виден почти весь город, но продолжало расти – проектировщикам заказали настоящий небоскрёб, таких в этом районе ещё не было. Дуб в центре здания получился взятым в кольцо, как в клумбе, почва под ним осталась не тронутой. Брови Василия Петровича сошлись у переносицы, он стал размышлять над тем, неужели они решили в центре здания оставить огромный столб с землёй, ведь корни дуба уходят на неимоверную глубину… Да и не повредили ли корни, поднимая дерево?
    К вечеру поднялся ветерок, а быть может сказывалась высота, он смёл с бетонной крыши остатки песка, принялся щекотать кожу Василия Петровича, трепать волосы, зато быстро высушил пот, стало легче дышать. Крона дуба весело зашелестела, от этого звука на сердце защитника природы стало легче, на лице разгладились морщины и, несмотря на всё происходящее, стало как-то легко на душе.
    Он направил взгляд к горизонту и обомлел, увидел то чего не замечал всё это время, и не видел пожалуй никогда, безвыездно живя в городе. С высоты хорошо видны окраины города, убегающие нитки дорог, здания, в окнах которых отражается вечернее солнце. А сразу за окраинами начинаются бесконечные зелёные леса, убегающие до самого горизонта и там, на границе с зелёным – багровый шар, скрывшийся наполовину и золотое небо.
    Василий Петрович зачарованно смотрел в это зелёное богатство, местами кажущееся изумрудным под лучами солнца и на глазах навернулись слёзы. Его ноги дрожа, согнулись, он опустился насколько позволяла цепь сковывавшая руки вокруг ствола. Он подумал, что чертовски долго не покидал город, ведь в тех местаз куда он смотрел, он помнил, были пустыри, поля заросшие лишь травой и кустарником. Они тянулись на многие километры вокруг города. А теперь там чуть ли не первобытный лес. Как удалось?
    Здание перестало расти, мир замер. Посреди города, на огромной высоте возвышается старый дуб, шелестя кроной, а под ним - человек. Сердце Василия Петровича сжалось, и он подумал, что давно не бывал за городом. Наверное стоит оставить этот суетной мир роботов, виртуальной реальности и растущих как, грибы после дождя, небоскрёбов… Перебраться в деревню, поближе к природе, которая на удивление, как контраст городской жизни, стала ярче, богаче, насыщенней…

    Александр Сигида
    размещено под лицензией CC-BY-SA 3.0
  2. Лорд Табаско Гремучая ртуть

    У писателей есть такая милая черта: когда они очень обижены на оппонента и не могут ответить ему на уровне, то записывают в очередную книжку в виде дурака, мерзавца, алкоголика, сумасшедшего или насильника.
  3. Fatkh Факел

    Vilmind, купите учебник по русскому языку, пожалуйста. Невозможно читать ваши творения в таком виде. С запятыми вообще беда - а ведь они очень и очень важная составляющая хорошего текста. Если орфографическую ошибку человек может не заметить, то пунктуационная ведет к искажению смысла и восприятия.

    Уничтожте предложения такого типа во всех своих текстах - они отвратительны без глагола. Пусть прямоугольник в руках что-то делает, уже будет лучше.

    Это как?

    Зачем обратный порядок действий?

    Фу, фу! Если не происходило, то и писать не о чем. Пишите о том, что было - может там шуршал кто-то или стояла гробовая тишина.

    Фу. Что за "и тут"?

    А картинка?

    А картинка?

    Снова! Ну пусть бы он все еще чувствовал движение хотя бы.

    Прочитайте предложение, делая паузы лишь в местах запятых. Спорим, не прочитаете?

    Про запятые молчу, тихий ужас. А вот про цепь лишнее, об этом читатель уже знает.

    Убрать это предложение нафиг. С чего бы это мы тут посмотрели со стороны?

    Снова? К врачу бы...

    Вы, верно, издеваетесь (
    "Наверное, стоит оставить этот суетный мир роботов, виртуальной реальности и растущих, как грибы после дождя, небоскрёбов" - прочитайте ваше и мое, следя за буквами и паузами.
  4. Vilmind Реальный пластит

    Да, блин, с запятыми косяки совсем... ох уж эти деепричастные обороты, и прочее. Спасибо.

    А если так - "Василий Петрович, представил как это смотрится снизу -
    в центре города, на огромной высоте возвышается старый дуб, шелестя кроной, а под ним - человек." ) Так фокал не нарушен? )
  5. Vilmind Реальный пластит

    Табаско, а у некоторых есть такая черта - льстить себе )
  6. Лорд Табаско Гремучая ртуть

    Если автор указывает в начале, кого конкретно он считает дураком, мерзавцем, алкоголиком, сумасшедшим и насильником, то не лесть.
  7. Vilmind Реальный пластит

    Вы о чём? )
  8. Fatkh Факел

    Ох, вы все к фокалу ) О нем я не думал, когда читал. Новый вариант лучше, только первую запятую убрать надо, а еще одну добавить (или убрать =).
    Я думаю, Табаско так неправильно трактовал ваше предисловие к этому рассказу в версии t-human.
  9. Vilmind Реальный пластит

    Я тоже так подумал )

Поделиться этой страницей